Я – дура дурой, так и запишите.
Пусть плачет мама, я ее пойму.
Как вылечусь, куплю вина и жигу.
И сразу же пойду к нему.

Не плакаться, не делать сцены,
Он явно будет в сцене с кем другим.
Я выброшу из комнаты тот веник –
Ведь с братом я пришла поговорить своим.

И пусть смешно, а че, грустить нам, че-ли?
Пусть грустно, че, без смеха помирать?
Какие ты рассчитывал ладони
Увидеть, выливающие грязь
Тебе за шиворот, себе на крест?
Порезы ищешь? Нет!! Порезов будет
Поровну – тебе и мне вовек!!!

Порезов, ран, ушибов и увечий
Нам хватит на двоих с тобой с лихвой!
Потом я долго буду, ну, что называется, калечить,
Твой рот, недавно trahannyi другой.

Я и ее в своих трудах изобразила!
Но нет, не полагается ей крест.
Ты – мой, как брат и моя сила,
И слабость, и чума, и страшный бой.

Никто не победит, есть справедливость в мире.
Никто не будет никогда тобою побежден.
Так жди меня, любимый, жди и выйди,
Только услышав мою поступь средь другой.

Я – дура дурой, так и запишите.
Пусть мама плачет, я ее пойму.
В день выписки мы с ним –
Да в вытрезвитель.
А, впрочем, хоть и на войну.

Вот я – стою в окне и валит снег…
Меня шатает в сон от двух уколов.
Но хлопья снега падают и пахнет спирт.
И вот – стою разгоряченно-голой.
В твоем окне, что видело, как снег,
Запутавшись, целует наши лица.
В твоем окне, где спиртом пахнет сон
И соль, и Мальборо, и Кэмел и в упор
Твой рот – и он промахиваясь бьет.
Я нахожу себя зажатой в лифте, Боже,
Я нахожусь на нем, на небе, но на нем!
И плачу от любви, нет ничего дороже.
Ах, вот бы никогда не вспомнить это, Боже…

Я боюсь, что никогда не выйду.
Я хотела бы остаться навсегда.
Кипяченую глотая воду ждать звонка.
Не дивиться, что безвкусная еда.

Собирать соседей сплетни словно марки:
Сколько это – лье? Кто – Мопассан?
Они все по-своему здесь жалки,
У них очень грустные глаза…

Понимают все, как дети, дети:
Умер Дед Мороз, едва ли был.
И на идиотском белом свете
Идиоты все кощунственно одни.

Я боюсь, что никогда не выйду.
Нечем здесь рубить себя с плеча.
Но, поскольку переменчив любой ветер,
Мы и жалость раскалим догоряча…

Мы и жалость раскалим на полупамять…
Полупамять – полурешето.
Все, что держит душу, решено оставить,
Все, что сердце старит – выбросим в окно.

Ненависть быстрее, чем любовь,
Щекоча мне ноздри ветром, вышла.
Не нарушь приемный мой покой
Своей новой чудо-книжкой.

Нет, я не читала “Петушки”,
И Москва моим слезам поверит.
Двадцать первый круг и все свои…
Интересно, для меня откроют выход-двери?

Медсестра почти заплакала, когда
Я тебя сегодня вспоминала,
И грозилась строгачем, но я,
Если честно, лишь о нем мечтала.

Ненависть быстрее, чем любовь,
Щекоча мне ноздри ветром, вышла.
Приходи и обними меня.
Скажем медсестре, что ты мой брат.

Что тебя назначил им Всевышний.

Мы с тобой на один сейчас,
Один на один, если ты не уснул,
У shluhi своей не прикорнул,
Не прикурнул, смотрим.

На один снег, на один звук,
Видим. У тебя есть на окнах ручки?
Мои, видишь ли, сняты.
День не знаю какой, может, правда, шестой, может, пятый
Прикоснуться к тебе хочу и ручку в окно.

Прости, это будет govno – увидеть тебя в первый раз.
После месяца каши. Унижения и сладкой каши.
Даже напиться нечем. Убиться – тем более нечем.
Каша два раза в день – унижает, но лечит.

Хотя бы на небо взгляни, пару недель дотяни.
Я буду немного прежней в день нашей встречи.

Снег идет – и я, иду?
Упадет – я упаду?
Разбивается в минуту
В красоту.

Снег – снаружи, я – внутри?
Освещают фонари
Снег – тепло, я – холод,
Никому не нужный.

Снег – танцует, я стою.
Нет, послушай, говорю:
“Забери меня с собой”.
Но молчит. И я молчу.

Этой ночью протяну.
Снег уснет, и я – усну.
Утром встречу красоту…
Не замечу!

Вспышка на фоне ясного неба – это мой вдох.
Ты отрываешь полоску на теле – тлеющий мох.
Я отрешенно ржу во всю глотку – так запиши.
Держи, пока месяц не станет кровавым, потом вытащи.

Дырка на вене – мне так хотелось видеть тебя.
Глупая рифма, плыву и качаюсь, сама не твоя.
Держи, пока кровь не станет как краска, потом выдыхай.
Слезы и пот на куске от футболки,
We’re born to die.

Отболело и прошло, со свистом.
От погоды иногда кровит…
Изрыгается на русском и английском
И бурлит, как будто гайморит.

Это ничего! Забуду скоро.
Ноги не забудут никогда
Ловлю равновесия, под пяткой
Как хрустит больничная еда.

Вкруг сугроба выход на прогулку,
Сырость в туалете в пять утра
И брожения по коридору-переулку,
В очереди на уколы маета.

Это ничего, забуду скоро!
Руки не забудут никогда
Сигарету, что дрожала в дыме,
Как последняя и тусклая звезда.

Руки не забудут горсть таблеток,
Край сиденья выжжено-зеленый –
До меня как много малолеток
За него держались, уезжая в скорой?

Руки помнят перья из подушки,
Брошенную, как собаке, миску,
Тело, ватное, как мягкая игрушка,
Нитки, пристающие, как мысли.

Это ничего, забуду скоро…
Красные глазенки высохнут.
Все равно не больше в жизни смысла,
Чем уместится в пять-семь минут.

Приступы взрываются и гаснут,
Как далекие галактики на небе,
Это все неважно, посмотри,
Как растаяло масло на хлебе!

Отболело и прошло, со свистом!
Только просыпаюсь в пять утра.
Извиняется на русском и английском
Тусклая последняя звезда.

Я пришла поговорить, восьмой этаж.
Память стерла две недели подчистую…
Помнишь, я хотела прыгнуть вниз?
Если захочу опять, ты мне не дашь?

Говорить, а не смолить, восьмой этаж.
Помнишь, года два назад, под утро?
Нет, не говори, не закрывая глаз
Вижу поцелуя каждую минуту.

Он водил ее сюда? Наверно, нет.
Я забыла, как он на меня рычал.
Я забыла запах канцелярского ножа в тот раз.
Помню, падал наш с ним первый снег…

Про него да про него, восьмой этаж.
Про меня-то что? Я нажевалась манной каши
И пришла поговорить, что будет дальше?
Как мне жить?...

Ты молчишь, но отражаешь звуки речи.
Я шепчу про бога и любовь,
Свет и тьма рождаются и гаснут,
Пока воздух обнимает мои плечи.

Я, наверное, пойду, восьмой этаж.
Когда нет тумана, видно дом.
Я туда поеду, собралась.
Оставайся. Стереги их сон.

Мама, папа, ложка каши.
Папа, мама, каши ложка.
Почему-то вспомнить стало
Сложно.

Дом, дорога и улыбка –
Чья? Какая-то ошибка…
На другом конце зачем-то
Провод обрубили.

Может, и меня не помнят?
Может, и меня не помнят?
Может, и меня
Забыли?

Мама, папа, серый хлеб.
Для укола места нет.
Темнота пугает
И не дышит.

Долго, долго… Никого.
Долго, долго… Ничего.
Долго, страшно, кто-нибудь
Слышит?

Мама, папа, белый снег.
Папа, мама, первый дождь
И весенняя, прозрачная
Дрожь.

Старый месяц, страшный сон,
Ночь. Неясный чей-то стон.
Утреннее небо,
Тише.

Мама, папа, знаю, здесь.
Папа, мама, знаю – есть.
Темнота уходит –
Вижу.

Сижу на кровати.
А капля росы
Замерзла на ветке
Льдинкой.

Смотрю на часы –
Там утро. Давно –
Пять часов
С половинкой.

Палата храпит.
Но! Не только моя –
Это делает жизнь
Светлее.

О! Кто-то не спит.
Сам с собой говорит…
Санитарка,
Гони его в шею!

Сижу на кровати…
И думаю: жизнь –
Как конфетки
В коробке строгой.

Не спится. И грустно,
Когда та коробка
Засунута мне
Прямо в жопу!

мне не выплакать тебя никогда
как гудят подо льдом иногда города
как дрожит под осколками неба звезда
та, что пахнет росою, не зная тепла.

мне не выплакать тебя — слишком просто.
отдышаться, когда отравленный воздух.
отыграться, когда белая простынь.
отстреляться, сжимая до крови десны.

ты — все мои вёсны.
двадцать две, все мои зимы и вёсны.
те, что пахнут росою, не зная тепла.
те, что пьют и blyaduyut
и сходят с ума.

мне не выплакать старую рану.
равнодушие — не по карману.
этот ужас напоминает нирвану.
мне не выплакать старую рану.

до краев, прислони свои губы к стакану.
захлебнусь и оплошность исправлю.
этот ужас напоминает нирвану.
мне не выплакать старую рану.

12 апреля 2026

я твоя обуза —
правда или нет?
ты опять не выключил
в своей спальне свет...
ты опять не выключил
в нашей спальне свет.
твоей новой нежной —
от меня привет!
я не утекаю,
я пока плыву.
я не угасаю,
я пока тону.
свежий свет мне дарит
похоть старых ран.
ненавижу совесть —
десять слёз в карман.
ненавижу похоть —
в ней твои черты.
в нашей старой ванной
десять слёз на "ты".
десять слёз на имя,
двадцать на тюрьму.
ты — моя могила,
я иду ко дну.
свежий свет мне дарит
похоть старых ран.
я не угасаю,
где? не знаешь сам.
где? не знаешь сам ты.
кайся и беги.
я оставлю строчки
для твоей любви.
напиши их криво,
как молитвы стон.
ты — моя могила,
колокольный звон.
ты — моя могила,
ты — мои черты.
я умру красиво,
я умру где ты.
на твоей кровати
тихо и легко.
десять слез застыли —
ворот на пальто.
помнишь, ты сказал мне
"это чуйка, бро"?
это чуйка явно —
денег на метро
мне не хватит, словно
словно я — никто.
помнишь, я разделась?
помнишь, "fouille" пиаф?
помнишь, я любила?
помнишь, ты зачах?
это просто — trahat'.
trahat' хоть кого.
твоя shluha знает,
кем ты trahan до?
помнишь, я разделась?
помнишь, в первый раз?
помнишь, красным бархатом?
помнишь, об матрас?
ты любил так остро,
что проткнул в ребро,
ты любил так просто —
я иду на дно.
я иду на встречу,
я иду на казнь.
каждый новый день
ненавижу страсть.
ненавижу нежность —
в ней твои черты.
в моих простынях
сны с тобой на "ты".
уходи, не мучай.
кайся и беги.
все равно напишутся
про тебя стихи.
все равно тащу я
на себе свой крест.
ты любил, кочуя.
ты ушел, мой бес.
ненавидишь имя —
ненавидь меня.
я — твоя могила,
я — судьба твоя.
убегай и кайся,
кайся и беги.
знают мое имя
все твои грехи.
знают мое имя
shluhi все твои.
возвращайся, милый,
от себя бежать
долго и напрасно —
тебе не под стать.
возвращайся гнилью
на моих зубах.
возвращайся серым
в белых простынях.
возвращайся кровью,
потом и дерьмом.
возвращайся словом,
словом о моем,
о моем проклятье —
я не отступлю.
я не утверждаю,
я тебя молю.
возвращайся на день,
на мою кровать.
всё равно я сзади
shluham всем под стать.

11 апреля 2026

мы пили водку: тихо и по-детски,
и мне явилась пустота...
и в ней твои черты — молниеносно, резко
вцепились в мою шею и у рта.

за серединой лета, соком разведеного,
пришло томленье, смутно суеверное.
я отрекусь от сердца не влюбленного
в ночь на немое воскресение!

мы пили водку, и плясали стены,
и мне явилась красота.
и в ней деревьев беспокойный шелест...
вонзаю зубы в угол рта

20 августа 2023

наивный и нескладный ураган,
отверженный чредой пытливых дум!
я обнажаюсь пред тобой, но знай:
целую я озлобленный твой ум.

когда мой разум, чистый, словно нож,
вонзался в тёплую, податливую плоть,
сжимала я артерии в руках,
по ним читая: "по" и "хоть"

ты был похож на терпко-сладкий сон,
что видел лишь себя во тьме невольно.
оставь мираж, поэзией дыши!
целуй мой ум, мне больно! как мне больно!

2 ноября 2023

мой питер увенчан твоей наготой
как северный ветер ты здесь, но не мой
и прочь утекая вослед за водой,
кусаешь губы

мой голос услышан, не понят тобой
как северный ветер, заряд холостой
мы намертво сцеплены минут на сто
уснули

проникнув под кожу, целую внутри
и устьем причудливой горной реки
останусь смотреть черно-белые сны
вничью ли?

5 ноября 2023

я видела во сне, как я устала.
как я устала и меня не стало,
как ты забрал всё то, что есть во мне.

осталось тело в скошенной траве
и снеге запоздалом.
оно замерзло - и меня не стало.

откуда этот привкус крови странный?
нетерпеливо вырывая швы,
дни друг за другом проходили мимо
и прошли.

скажи, что собираешься ты делать
с моим не затухающим теплом?
я видела во сне, как я устала.
я видела, как этот сон прошел.


27 ноября 2025

ты был, ты есть, ты будешь —
скорбно, сложно
мне осознать модель вселенной этой невозможной,
где каждый день подобен неотложке.

ты есть, ты будешь, был.
и, полосуя красным,
ты сквозь свое презрение
меня простил.
простил меня, не важно.

твоя душа бумажкой
встречает дождь и плачет, эта слякоть
мне нужна, я — та,
кто должен плакать.

мне выжигать тебя не больно, только слышно,
как год назад я девочкой была,
а ты мальчишкой.
я плакала в твое пальто неслышно,
я плачу и сейчас. всевышний
мне шлёт тебя за часом час, в награду,
за то что никогда не буду рада
остаться без того, кто делал больно.
я стану вновь свободе непокорна,
я стану ждать, искать той первой встречи.

ты был, ты есть, ты будешь,
будешь вечен.
останови меня и тело, что готов калечить
касанием далекой, самой первой встречи.

останови и посмотри туда,
где до сих пор звучит моя негромкая струна.
где воет ветер и шуршит осенний дождь,
где от тебя меня бросает в дрожь.

я пью и возвращаюсь, потому что
ты содержанием спиртов мне мутишь кровь.
и я бегу за этой неотложкой,
в которой скрючилась далёкая любовь.


31 октября 2025

взови ко мне — и я восстану.
из пепла возродясь,
обманывать тебя не стану.
отмщеньем присытясь,

прирученной тобой останусь;
к кровати пригвоздясь,
соленые залижем раны —
твои, мои, во сласть.

взови ко мне — ты станешь чистым,
таким, как я была,
когда тебя не зная честным,
во снах к себе звала...

взови и будь что будет, мне
не будет больше боли,
больнее той, что, дав покой,
меня теперь неволит.

взовешь — и поменяю мысли,
поверю богу и судьбе.
тебя я выжгу, станешь чистым:
внутри меня, вовне.

взовешь — и я поверю мысли,
той давней, детской, и
оставив всё свое —
всё сделаю твоим.

взови, но так, чтоб стены,
те, что боясь огня,
сереют, рассыпаясь,
чтоб и они меня

позвали, дребежжа и,
роняя темный дым,
чтобы они растаяли,
бессильные, под ним.

взови, но так, чтоб окна,
боящиеся дня,
рассыпались под ноги
мои и для меня.

взови, но так, чтоб сердце,
не знавшее любви,
любило даже стекла,
забытые в пыли,

любило даже небо,
что выдувает снег,
любило то дрожание
моих усталых век,

что как вином напоит
усталые черты.
люби меня до неба,
до ада полюби.

взови — и я восстану,
из пепла возродясь,
прижгу тупые раны:
твои, мои, во сласть!


21 декабря 2025

я молча смотрю на тебя, потому что
жизнь — это тайна.
считая веснушки на красном носу
сбиваюсь случайно.

ты громко кричишь, иногда забывая, что
жизнь — это тайна.
но во всем, что ты делаешь, я нахожу
смысл бескрайний.

ты держишь меня, как ребёнка,
меня, словно тайну.
ты куришь в сторонку, но я задыхаюсь,
и я засыпаю.

8 февраля 2024

я подумала тут недавно,
что с твоей стороны несерьёзно
что-то оставить, а что-то забрать, возвращаться уже типо поздно
что-то забрать, а что-то оставить
но, дружок, тело цвета земли
мягкие руки и мягкие волосы
все, что осталось - твое, забери.

мягкие руки и мягкие волосы,
русые косы с остатками гордости
тонко вплетенными, черное небо
а звезды впиваются в кожу мне слепо
вот, посмотри, говорить не хотела,
но видно дыру насквозь моего тела,
возьми ее вместе с придуманным миром,
теплым и честным и очень красивым
возьми ее вместе с душой и судьбой, и верой в тебя, и моей головой
отравленной спиртом и трупным ядом, возьми это все, оно мне не надо
за раз унесешь? если нет, приходи
с коробкой от сдека как с гробом пустым
впихни туда все, а потом пусть горит
все, что осталось - твое, забери

еле заметные скулы и брови,
что тянутся вверх не отягощенные
глупостью, страхом и так называемой
чистой и настоящей любовью
вот, посмотри, говорить не хотела
но тянется нить от моего тела
до первого слова, что ты мне сказал
началом той нити послужит слеза
отравлена спиртом и трупным ядом, возьми это все, оно мне не надо
возьми это все, оно мне не нужно
слова твоей каждой новой подружки
что будет дарить тебе веру и нежность
пока не оставишь ее без надежды
пока не оставишь ее без приюта
как долго по вечерам тянут минуты
злоупотребленье чужой чистотой
сведет тебя снова и снова со мной
всё что ты ей дашь возвращается снова
до боли понятным, до боли знакомым
тогда ты и вспомнишь меня, мой родной
начнется тот мрак и закончится мной

за раз унесешь? если нет, приходи
с коробкой от сдека как с гробом пустым
впихни туда все, а потом пусть горит
все, что осталось - твое, забери

30 сентября 2025

от тебя осталась тень,
от меня стыдливым пеплом
белоснежно-чистый день
уползает серым снегом.

за душою ни промилле,
в вазе сдохли все цветы.
мы друг друга не добили —
да, прости, это мечты.

да, прости, это старанье
всё отдать, что заслужил.
молчаливо сдохнуть в ванне —
вот предел моей судьбы.

вот предел моих мечтаний,
всё отдать и ничего,
кровь носи мою в кармане
вместо денег на метро.

труп носи мой за плечами
вместо денег на бухло.
не расскажем твоей маме,
нынче как-то западло.

дальше будет только лучше —
я закончу этот вуз,
и, оставив всё на свете,
во все тяжкие пущусь.

не бросай слова на ветер,
не насилуй и не бей.
из таких, как ты, на свете
тоже делают людей.

вот и всё, скажи на милость,
для чего я дребедень
сочиняю эту, если
от тебя осталась тень?

28 октября 2025

когда ты поджигаешь сигарету —
ту, что вторая, ту, что для меня —
держи ее губами. может, где-то
мы поцелуемся до завершенья дня.

не здесь, не мы с тобой, а те, другие,
что выдыхают друг на друга дым.
те, что любовь свою не навсегда похоронили,
я очень верю этим двум двоим.

они ласкали лестницы пролеты
движениями двух нетрезвых тел.
они мечтали глупо, без расчета,
спиной стирая мел с холодных стен.

они договорились бессловестно,
в тот день, когда меня покинул ты,
в тот день, когда я обещала выжечь
из памяти любимые черты,

они договорились бегло,
нечаянно, шутливо, чуть дыша,
быть век от друга друг не отделимы,
по праву: двое их, одна душа.

ведь и сейчас на фильтре сигареты,
ты чувствуешь? дыханье замерло —
их двое, я им очень верю.
держи губами — нежно и легко.


23 декабря 2025

иду по кромешной тьме...
играет аккордеон?
сквозь холода звон он слышится мне.
всё — онемевший сон.

чем ближе я слышу звук,
тем беспокойней в груди.
и ветер пытается выть тот же звук,
и не знаю, куда идти.

не помню, откуда иду.
быть может, вокруг тоннель?
и если не поезд раздавит меня -
ослепит белый день.

я щупаю перед собой
кромешную тьму ногой.
по венам стреляет огонь, за углом
волк стережет непокой.

и низкий, тягучий рык
кусает за синюю боль.
за самую суть, за мех и за крик,
за мой тайный сговор с луной.

иду по кромешной тьме...
играет аккордеон.
протяжно гудит, словно красный стон.
играет во мне, словно я — это он.

01:03
29 ноября 2023

погляди, как деревья гнутся
я была недостаточно пьяной
чтобы рук твоих нежно коснуться
был твой взгляд недостаточно странным

половиной груди вдыхая
подостывшей земли прохладу
я тебя недостаточно знаю
я иду не касаясь, рядом

я сходила с ума напрасно
в твоей спальне забыв разуться
неозвучено, смыслу подвластно
посмотри, как деревья гнутся

15 октября 2023

обманываюсь - это лето
затрепетало в золотом листе
от раннего тепла едва одето
глаза закрою - и оно везде

всецело отдаваясь предвкушенью
весны далёкой трех последних дней
вечнозеленому колючему сомненью
вручаю трепет юности своей

так ты, в осенне-зимнем, цепенея
проходишь мимо всех касательных моих
обманываюсь - пальцы холодеют,
и я в карманы неуклюже прячу их

10 октября 2023

груда воспоминаний, сваленых в стол.
трудно не удержаться, выкрутить на сто
громкость звонка телефонного, старая глупая песенка...
когда я думаю о тебе, мне не бывает весело.

когда я думаю о тебе, мне не бывает тесно.
думаю: за кулисами мы никогда не стояли вместе.
широта жестов, взваленых на плечи и грудь.
когда я прохожу мимо, мне не выдохнуть.

груда воспоминаний, нанизаных на калитку.
перехожу через улицу, сквозь деревья мало видно.
там, где ты появляешься, меня давно заприметили.
я самая сумасшедшая девушка на свете!

когда я думаю о тебе, мне не бывает стыдно.
думаю: ты оставил меня на холме, и это видно.
там, где сорвался голос на запоздалый крик,
там, где толстыми нитками по нам прошёлся кемгик.

груда воспоминаний, оставленных на потом.
прочти свою старую прозу, посмотрим немое кино.
когда я думаю о тебе - ставлю громкость на сто.
когда я говорю о тебе, ты - протяжный стон.

2 октября 2023

пронзил нагретый воздух
густой машинный звук...
я шла на перекресток
твоих медвежьих рук.

не много и не мало -
один, такой, как есть.
в кафе левобережном
нам было негде сесть.

робея у подножья,
гляжу на эверест.
рубашка как у папы,
а под рубашкой - крест?

и лермонтовский демон
в изгиб твоих бровей
забился оголтело
и ночи стал темней.

твой голос - как раскаты
далекие грозы -
гремит в моей гортани
началом у слезы.

я тучей одинокой
боюсь тебя задеть!
нас вместе слишком много,
мы можем умереть.

столкнувшись, разольемся
в холодный летний дождь!
одной секунды хватит,
чтоб охватила дрожь.

сначала вспыхнет небо,
потом догонит звук.
иду на перекресток
твоих медвежьих рук...

25 сентября 2023

у каждого в сердце своя червоточина,
ты, закрывая ее на замочек,
делаешь из непонятного сложное,
стопку бурбона из неотложки.

из неотложки сюжет для романа.
выверни мне на ладони карманы,
выверни синие, сизые раны,
выверни сердце ради забавы.

друг — как осколок стекла подо мной.
верно ли, что до развязки ты мой?
тугую старость как косы сожми.
холост твой выстрел как мысли мои.

я не поверю в твой сизый бред,
как не поверю в пьяный минет.
каин мечтал о твоем "на зубок".
кулак под щекой — наблюдателен бог.

у каждого в сердце свой косячок.
и ты, поджигая сердечный стог,
не думаешь о всех своих "как он мог?"
мечтателен каин, но трезвенник бог.

у каждого в сердце достаточно лжи.
мне в сообщении ты напиши:
"это судьба. егермейстер и боль.
жду твое тело в двенадцать ноль ноль".

жду твое тело в двенадцать ноль три.
стопка бурбона — и сердце горит.

12 апреля 2026

когда последний красно-тусклый уголек
в доме напротив прекратит светить,
скажи, неужто это — вся любовь,
которую мы можем получить?

неужто беглое очарованье бытия
быстрее высохнет глотка ликёра?
неужто белизна постельного белья
как снег растает — грязно, слишком скоро?

неужто сердце, что разбиться с новой силой
готово, в полудреме затаясь,
настолько милым ангелам немило,
что сон без снов — его навеки ипостась?

неужто юность, прозябая глупо
останется бесплодной и немой?
неужто жизнь, не обнажая даже зубы,
промчится молнией беззвучной надо мной?

и снова тонкие и суетные губы
мне в темноте позволено доцеловать...
доцеловать за теми, кто не любит,
чьим именем меня случайно станут называть.

но я глаза открою, отстраняясь,
и, плача под навязчивый мотив,
я дико рассмеюсь. я задыхаюсь —
и стих рождается в моей груди...

я знаю, есть такой закон на свете:
что умерло, то возродится вновь.
и, не бросая больше слов на ветер,
я буду ждать, когда придёт любовь!

27 июля 2023

я хотела бы вырвать с корнем твоё нутро
чтоб не стало боли и не было ничего
ампулой с ядом из красной десны чёрный зуб
и снова уснуть под сердца неровный стук

твоё дело - искать перламутр ныряя во тьму
нестерпимо желая приклеиться грудью ко дну
а меня не тревожит бессмысленный рев стертых шин
гонки с остервенением на самокатах пьяных мужчин

может быть я гоню и колючая правда твоя
виновато сидящий костюм виноватой надень на меня
сводит ребра чужими рыданьями перед рассветом
завернись в белый лист и ответь, так ли это:


любит сильнее тот, кого любить сложнее
любит сильнее тот, кого любить больнее

7 мая 2023

одинарной дробью по железным шпалам
третий мой троллейбус сонно-опоздалый
колыхалось сердце парусом воздушным
возвышались дымно небеса над Южным

и в густом тумане пешеходной гущи
героиней Фрая, кофе пить идущей
(волосы как ветви разлетались в ветре)
ты осталась детством в разноцветном фетре

22 апреля 2023

горькая правда из паутинки слюней
два одиночества ночью в кровати моей
тесно сплелись в духоте представляя кого-то
укусам чужим подставляя рёбер пустоты

в зеркале заднего вида ревущей страны
мы неприглядные смотрим сибирские сны
льдинками падали с крыш по весне снигири
люди терялись и бились щеками о стенку любви

хватку теряя и мелкий смысл ища
посмотри на меня сквозь горячую миску борща
красненьких капель подсохли следы в зрачках
мертвые буквы повисли на рукавах

пальцами в форточку лезет простуда-весна
сердце вытягивать из беспокойного сна
стыдливо оставив в карманах кресты и души
два одиночества молча пялились в лужу

21 апреля 2023

мы слушали зе смитс и джима керри
он пел про несчастливую любовь
я вдребезги разбила свое сердце
и танцевала в темноте

а ты качался и приобнимал за плечи
(т9 исправляет на 'касался')
я наливала из бутылки в кружку
а ты не видел: все они - не те!

мы вместе танцевали в темноте
я оступилась и упала в ночь, смеясь
серёжками звеня сдалась -
а ты не понял. а они - не те.

24 августа 2022

я чувствую несвободу.
жадно - вдыхаю солнце и волны,
вечерами прохладно.
и даже не душно -
только
моя тоска, недолюбовь -
кому это нужно?

я сделалась лучше и стала взрослой -
так кажется.
только теперь и выбор и камень
за спиной. пыль скоро уляжется

и будет светлей впереди,
и нагреется снова земля,
я оставлю себя позади,
догоняя себя впереди.

а посередине пути - сердце упало
и сердце гудит.
я стану лучше сама -
или так кажется?

3 августа 2022